Она заперта в книге. Вы можете изменить одну фразу
Интерактивный рассказ. Одна правка, три финала. Времени сколько угодно.
Одна правка
Прочитайте сцену и выберите, какой фразой заменить последнюю строку. К другим финалам можно вернуться.
Последний абзац
Стук начинается в последнем абзаце.
Вы купили книгу за полтинник — из-за старого железнодорожного билета, который кто-то оставил между страницами. «Тихая комната». На корешке нет имени автора. Девяносто шесть страниц о женщине по имени Нелл, которая чинит часы.
На девяносто шестой она сидит за кухонным столом. Две чашки, один стул, окно, закрашенное синим. У двери нет ручки.
Вы читаете последнее предложение.
«Нелл никогда не выйдет из комнаты».
На бумаге проступают три маленькие выпуклости. Вы переворачиваете страницу. Пусто. Переворачиваете обратно — под последней строкой уже появилась новая. Буквы мелкие, торопливые.
«Там есть кто-нибудь?»
Вы говорите: да. Ничего. Берёте карандаш.
Прежде чем вы успеваете написать, появляется ещё одна строка.
«Только не описывайте обои. Я знаю, как они выглядят».
На титульном листе проступает красный штамп: РАЗРЕШЕНА ОДНА ПРАВКА. ВСЁ ОСТАЛЬНОЕ ВЫСОХЛО.
Вы касаетесь последней фразы. На пальце остаются чернила. На предыдущих страницах ничего не размазывается. Детство Нелл, часовая мастерская, зима, когда протекла крыша, — всё это уже не изменить. Но последняя фраза ещё сырая.
Рядом с вашим локтем остывает чай. В книге Нелл перевернула обе чашки вверх дном. Она ждёт давно.
Вы стираете концовку. Места хватит на одно предложение. Что вы напишете?
Ваша правка: дверь
«Между кухней Нелл и моей кухней открылась дверь».
Вы ещё не поставили точку, а предложение уже высохло. Карандаш больше не оставляет следов.
За спиной что-то щёлкает.
На месте узкого кухонного шкафа — тёмно-зелёная дверь. На стекле отпечаталась небольшая ладонь. За ним видны стол, синий прямоугольник и женщина с перевёрнутой чашкой в руке.
Нелл прижимает ухо к стеклу. Вы делаете то же самое.
— Это выход?
— Да.
— А обратно можно?
Вы смотрите на петлю. Шурупы с обеих сторон.
— Кажется.
— Тогда отойдите.
Прежде чем переступить порог, она трижды пробует ручку. Она старше, чем вы представляли. Рукав на локте залоснился. От неё пахнет полиролью для металла и комнатой, которую давно не проветривали.
Вы начинаете объяснять, что это за книга.
— Я там была, — говорит Нелл. — А на улицу у вас где?
Финал: шкаф
Нелл стоит под фонарём. Мимо проходит автобус, и она поворачивается вслед за ним всем телом.
— Во сколько открываются магазины?
— Обычно в девять.
— Хорошо.
Вам хочется спросить, страшно ли ей. Знает ли она, как здесь выглядят деньги. Но Нелл уже разглядывает треснувшее стекло ваших часов.
— Завтра принесите.
— Куда?
— Найду куда.
Она ставит чашку на ваш порог и идёт к освещённому концу улицы. Один раз останавливается, поднимает голову: самолёт. Потом идёт дальше.
Вы возвращаетесь на кухню. В шкафу — швабра и совок. Вы стучите в заднюю стенку. Никто не отвечает.
На девяносто шестой странице всё по-прежнему, кроме вашей фразы. Комната пуста. На столе осталась одна чашка — та, которую Нелл не взяла.
Утром в почтовом ящике лежит ключ. При нём — адрес и небольшой счёт.
Под строкой «РЕМОНТ ЧАСОВ» Нелл вписала ещё одну.
За чашку чая.
Ваша правка: выход
«Нелл нашла выход из книги».
Чернила высыхают. Карандаш тупится у вас в руке.
Несколько строк ничего особенного не происходит. Нелл осматривает окно. Краска. Осматривает дверь. Дерево. Снимает заднюю крышку с часов и ставит обратно.
Под вашей фразой появляется: «Это вы довольно туманно».
Вы пытаетесь дописать: «через дверь». Карандаш скользит по бумаге, не оставляя следа.
Нелл садится на пол. Потом ложится. На секунду вам кажется, что она сдалась.
Она заглядывает под плинтус.
У внутреннего края страницы, возле переплёта, что-то шевелится. Игла. Тонкая игла Нелл нащупала стежок, которым пришит последний лист.
Она вытягивает нитку. Распускается второй стежок. Между девяносто пятой и девяносто шестой страницами открывается узкая щель.
За ней — другой шрифт. Плотные ряды цифр.
Вы вспоминаете про билет.
«По нему можно куда-нибудь уехать?» — пишет Нелл.
Вы смотрите на дату. Поезд ушёл двенадцать лет назад.
«Я бы не переживала», — появляется раньше, чем вы успеваете ответить. — «Мои поезда до сих пор вообще состояли из слов».
Финал: пересадка
Вы расправляете билет. Нелл подтягивает строчку к щели, будто лодку к причалу.
Она ступает на маленькие чёрные слова «ВТОРОЙ КЛАСС».
На секунду её фигурка становится не выше буквы. Потом вдоль края билета разворачивается серая платформа. За ней идёт дождь, а носильщик тащит чей-то непомерный чемодан.
Нелл оборачивается.
— У вас есть что-нибудь с картой?
Вы приносите дорожный атлас. Она поднимает палец: подождите. Бежит обратно на кухню, заводит часы и возвращается с чашкой.
Потом втягивает билет за собой.
Он исчезает между страницами атласа. По указателю тянется цепочка крошечных мокрых следов. Вы ведёте пальцем мимо городов, в которых ни разу не были. У сгиба следы обрываются.
Через несколько месяцев вы даёте атлас подруге. Она возвращает его с претензией: кто-то отметил мастерскую, к которой не ведёт ни одна дорога.
Рядом с карандашным квадратиком — три слова.
«Чай до шести».
Вы открываете «Тихую комнату». С последней страницы доносится тиканье часов, которые Нелл не забыла завести.
Ваша правка: ответ
«Кто-то в соседней комнате услышал стук Нелл».
Предложение высыхает.
Нелл трижды бьёт в стену основанием ладони.
Через несколько секунд ей отвечают два удара.
— Кто там? — кричит она.
— Мужчина в комнате.
— Что за комната?
— Два стула. Стола нет.
Нелл смотрит на свой стол и единственный стул.
— Окно закрашено?
— Зелёным.
— У меня синим.
Они пробуют двери. Кричат в окна. Толкают потолок. Вы переворачиваете книгу, ищете ещё хоть одно сырое предложение. Всё высохло.
Наконец мужчина спрашивает, какие у неё есть инструменты.
— Игла, маленькая отвёртка и чашка с очень крепкой ручкой.
— А у меня ножка от стула отвалилась.
— Отлично, — говорит Нелл. — Отойдите от стены.
Она оборачивает чашку рукавом. От первого удара чашка трескается. От второго отлетает кусок штукатурки. На следующей странице мужчина начинает бить со своей стороны.
Впервые абзац не объясняет, о чём они думают. В нём в основном грохот.
Финал: три стула
К рассвету в пролом уже проходит стул.
Следом пролезает мужчина с отломанной ножкой в руке. Говорит, что его зовут Сал. Нелл говорит, что у неё есть клей. Должен взять.
Они сбивают ещё немного штукатурки и задвигают стол поперёк пролома: один конец в одной комнате, другой — в другой. Ставят по стулу с каждой стороны. Третий чинят.
Стена толстая. Комнаты маленькие. Они всё ещё в книге.
Нелл ставит кипятить воду. Уцелевшую чашку передают с одного конца стола на другой. Сал крутит в пальцах кусочек штукатурки.
— Надо мной кто-то есть, — говорит он. — Однажды слышал. Думал, труба стучит.
Нелл смотрит на потолок.
— Сначала допей.
Вы осторожно закрываете книгу. В щель между обложками виден третий стул.
Прежде чем вы успеваете поставить её на полку, на рукав сыплется немного штукатурки.